Ее картины приковывают взгляд. Хочется бесконечно смотреть и разглядывать эту фантазийную вазу, девушку с волосами, похожими на цветы и экзотическую рыбу с причудливыми узорами вместо чешуи. И чем дольше смотришь, тем больше видишь образов, близких тебе и понятных. Эти картины написаны Еленой Суховой, художником из города на песке.
Несколько месяцев в галерее «Стерх» проходила выставка работ Елены Суховой, посвященная Сургуту — городу среди лесов и болот, справиться с которыми можно было только с помощью песка.
— Для меня Сургут — это город, в котором я выросла, где решила стать художником и делала первые шаги в искусстве, — рассказывает Елена Суханова. — Моя первая персональная выставка прошла 20 лет назад в апреле 1995 года в центре «Классика» дворца искусств «Нефтяник». И я благодарна своему городу за то, что он помог мне тогда раскрыть свой талант и помогает в этом сейчас.
В картинах Елены чувствуется то время, когда дети нашего города строили свои волшебные замки с витражами из цветных стеклышек на развалах песчаных карьеров и там же прятали свои маленькие секреты в сверкающей фольге. В ее работах мы видим волшебный мир морозных узоров на стеклах окон, снежные крепости и горки в каждом дворе, прекрасные корабли-облака на небе.
Со-творчество
Как отмечает искусствовед Светлана Загорская, заместитель заведующего отдела искусства старых мастеров ГМИИ имени А.С. Пушкина в г. Москва, графические произведения Елены Суховой отличает высокая художественная культура. Ее обращение к искусству графики и в частности к экслибрису свидетельствует о тонкой душевной организации автора. Этот вид печатной графики требует не только творческого вдохновения, но и высокого уровня технического мастерства, где линия — зачастую единственный инструмент, который использует художник для создания своих произведений.
— Любое искусство – это знаковая сфера деятельности, — продолжает Елена. — Изобразительное искусство использует особый знак — линию, форму, цвет — для создания образа реального предмета, предчувствия, эмоции. Это, своего рода, сознательное или неосознанное сообщение зрителю. Как расшифровать то сообщение, которое оставил художник? Возможно зрителю необходимо найти «горе», «радость», «безумие», «одиночество», «музыку» в себе самом. Или найти что-то принадлежащее только ему, но откликнувшееся на призыв картины. Этот поиск и есть акт творчества. А точнее «со-творчества» художника и зрителя. И совсем не обязательно, чтобы образы художника и зрителя совпадали. Главное, чтобы картина давала возможность испытать то радостное чувство сопричастности с миром искусства.
Братья по разуму
Художественный мир Елены — это уже не прекрасно рассказанная сказка, не «прогулки Короля-Солнца», действительно когда-то гулявшего в Версальском парке, а видения, не имеющие прототипов, прекрасные образы прошлого или — кто знает! — будущего. Романтический мир в графических композициях Елены отсылает нас к началу столетия, к эпохе последнего «большого» художественного стиля — стиля модерн. Та же тонкость женского профиля, помещенного в центре белого листа, те же изгибающиеся, напоминающие лианы, линии причудливых головных уборов, та же театральность, но как будто бы еще бòльшая бесплотность и совсем исчезающая связь с миром реальности.
— Визуальная культура, как и эстетическое восприятие является неотъемлемой частью человека. Мы соприкасаемся с символами, знаками повсеместно. Появляются новые визуальные формы, несущие смысловую нагрузку, например визуальные средства массовой информации, в том числе реклама, дизайн, — добавляет Елена.
По словам Светланы Загорской, полное представление о художественном даре и тонком, изысканном вкусе художника можно получить, лишь обратившись к композициям Елены, выполненным тушью, пером и акварелью. Они напоминают и средневековые витражи, и глазури art nouveau, и японские гравюры укиё-э, и китайскую живопись по шелку. Автор глубоко воспринимает знаки культуры прошлого, либо они оживают в ее произведениях сами по себе, как некая заложенная в пространстве «художественная память» человечества.
Недаром названия ее графических листов необычайно разнообразны и очень точны. Они заставляют по-новому увидеть какой-то уже давно знакомый и прежде не раз воспроизводившийся сюжет. Казалось бы, что можно сказать о «Вавилонской башне» после знаменитой картины Питера Брейгеля? Но насколько поразительна трактовка этой «вечной темы» у Елены Суховой. Вы не видите здесь башни. Некий упорядоченный набор плавно расходящихся линий, напоминающих разноцветные очертания веток дерева, которые как бы отваливаются и постепенно теряют цвет у нижнего края листа.
Творчески и осмысленно Елена Сухова разрабатывает некоторые темы восточного искусства. Столь привычный для китайских живописцев дракон, приобретает у нее черты живого существа, а не отпугивающей злых духов маски. «Рыба с разбитым от любви сердцем» также соткана из линейной пластики растительных мотивов, но неожиданное красное пятно сердца, оказавшегося под темными кругами глазниц, заставляет задуматься далеко не о «рыбьем» значении созданного образа.
— Современный человек, если он действительно со-временен, а не просто «проживает» время, хорошо подготовлен к восприятию беспредметного, абстрактного искусства, — утверждает Елена Сухунова. — Ему уже мало увидеть на картине реалистическое изображение дерева. Он должен сам участвовать в процессе его сотворения, то есть увидеть тянущиеся к солнцу тонкие ветви в изгибах линий или в цветовых пятнах. Искусство – это средство коммуникации, средство общения. Художник, создавший свое произведение и отдавший его всем, терпеливо ждет, когда откликнутся «братья по разуму». Ждет того, кто посредством его картин может творить свои миры, то есть видеть в этих картинах и дерево, и ребенка, и море.
Елена Сухова — дизайнер и художник – график, в 2015 году отмечает 20-летие творческой деятельности в городе Сургуте.